Хадис №1905

Джа‘фар ибн Мухаммад передаёт от своего отца: «Мы зашли к Джабиру ибн ‘Абдуллаху [, на тот момент он был уже слеп], и когда мы пришли к нему, он стал спрашивать о пришедших [, дабы отдать им должное], пока не дошёл до меня. Я сказал: “Я сын ‘Али ибн Хусейна”. И он протянул руку к моей голове, а потом расстегнул верхнюю пуговицу моей рубахи, а потом и нижнюю и положил руку мне на грудь. Я тогда был юным. Он сказал: “Добро пожаловать тебе, о сын брата моего. Спрашивай, о чём хочешь” [, оказывая тем самым свое почтение члену семьи Посланника Аллаха ﷺ]. И я спросил его — а он к тому времени уже ослеп. Настало время молитвы, и он встал, положив на плечи свёрнутую ткань — каждый раз когда он набрасывал её на плечи, концы её сползали с него, так мала она была. Он совершил с нами молитву, а плащ его при этом висел рядом с ним на вешалке. И я попросил его: “Расскажи мне о хадже Посланника Аллаха ﷺ”». И Джабир сделал знак рукой, показывая девять, и сказал: «Посланник Аллаха ﷺ провёл девять лет, не совершая хаджа, и только потом велел объявить людям, что в этом году Посланник Аллаха ﷺ отправляется в хадж, и в Медину прибыло много людей — все они желали совершить хадж, следуя примеру Посланника Аллаха ﷺ и делать то, что будет делать он. Посланник Аллаха ﷺ отправился в путь, и мы отправились вместе с ним. Когда мы дошли до Зуль-Хулейфы, Асма бинт ‘Умайс родила Мухаммада ибн Абу Бакра и отправила к Посланнику Аллаха ﷺ человека спросить, как ей быть. Посланник Аллаха ﷺ сказал: “Соверши большое омовение, подвяжись тканью и входи в состояние ихрама”. Затем Посланник Аллаха ﷺ совершил молитву в мечети и сел на Касву, и, когда верблюдица вышла к Байде…». Джабир сказал: «И я посмотрел, насколько хватало глаз: перед ним ехали и шли люди, и справа от него, и слева, и позади. Посланник Аллаха ﷺ был среди нас и ему ниспосылался Коран, и он знал его толкование, и что бы он ни делал, мы делали то же самое… Он произнёс тальбию со словами единобожия: “Вот я перед Тобой, о Аллах, вот я перед Тобой, вот я перед Тобой, нет у Тебя сотоварища, вот я перед Тобой, поистине, хвала Тебе, и милость принадлежит Тебе, и владычество, нет у Тебя сотоварища! /Ляббай-ка, Аллахумма, ляббай-ка, ляббай-ка, ля шарика ля-ка, ляббай-ка, инна-ль-хамда, ва-н-ни‘мата ля-ка ва-ль-мульк, ля шарикя ля-ка!/” Люди произнесли каждый свою тальбию, и Посланник Аллаха ﷺ не осуждал их ни за что из произнесённого ими, а сам Посланник Аллаха ﷺ придерживался своей тальбии». Джабир сказал: «Мы собирались совершить хадж и ничего не знали об ‘умре. А когда мы подошли к Дому, Посланник Аллаха ﷺ прикоснулся к йеменскому углу, три раза обошёл вокруг Каабы быстрым шагом и четыре раза — медленным. Затем он подошёл к месту стояния Ибрахима и прочитал: “И сделайте место стояния Ибрахима местом молитвы”. Он встал между местом стояния и Каабой и совершил молитву в два рак‘ата». Передатчик сказал: «Мой отец сказал, что Ибн Нуфайль и ‘Усман говорили: “И мне неизвестно, чтобы [Джабир] передавал это от кого-то, кроме Пророка ﷺ”». [Передатчик] Сулейман сказал: «Я знаю только, что [Джабир] сказал: “Посланник Аллаха ﷺ читал в этих двух рак‘атах “Скажи: Он — Аллах Единственный” и “Скажи: о неверующие”. Затем он вернулся к Каабе и прикоснулся к йеменскому углу. Затем он вышел из ворот к холму Сафа и, подойдя к нему, прочитал: “‹ Воистину, Сафа и Марва — одни из обрядовых знамений Аллаха… › (сура “аль-Бакара”, аят 158). Мы начинаем с того, с чего начал Аллах”. И он начал с холма Сафа, поднявшись на него так, чтобы ему был виден Дом, и стал говорить: “Аллах Велик”, “Нет истинного бога, кроме Аллаха”, и сказал: “Нет истинного бога, кроме одного лишь Аллаха, у Которого нет сотоварищей. Ему принадлежит власть и Ему хвала, Он оживляет и умерщвляет, и Он всё может. Нет истинного бога, кроме Одного лишь Аллаха. Он исполнил Своё обещание, помог Своему рабу и Он Один разбил сонмы /Ля иляха илля-Ллаху ва-Ллаху акбар. Ля иляха илля-Ллаху вахда-ху ля шарика ля-ху; ля-ху-ль-мульку, ва ля-ху-ль-хамду йухйи ва йумиту, ва хува ‘аля кулли шай‘ин кадир. Ля иляха илля-Ллаху вахда-ху, анджаза ва‘да-ху, ва насара ‘абда-ху, ва хазама-ль-ахзаба вахда-ху/”. Затем Посланник Аллаха ﷺ обратился к Аллаху с мольбами. Так он проделал трижды, после чего спустился к холму Марва и пересёк долину полубегом, а потом снова шагом поднялся на холм Марва. На Марве он проделал то же самое, что и на Сафе. Возвратившись к холму Марва в последний раз, он сказал: “Если бы я мог повернуть время вспять, я не стал бы гнать жертвенный скот и превратил бы это в ‘умру… Кто из вас не гнал жертвенный скот, пусть снимет ихрам и пусть это будет для него ‘умра”. Тогда все люди сняли ихрам и укоротили волосы, кроме Посланника Аллаха ﷺ и тех, кто гнал жертвенный скот. Тогда поднялся Сурака ибн Джу‘шум и сказал: “О Посланник Аллаха! Это только на этот год или навсегда?” Посланник Аллаха ﷺ соединил пальцы, положив их друг на друга, и сказал: “‘Умра вошла в хадж”, и потом повторил дважды: “Нет, это навсегда. Это на веки вечные. Нет, это навсегда. Это на веки вечные”. После этого из Йемена прибыл ‘Али ибн Абу Талиб, который гнал жертвенный скот Пророка ﷺ. Он обнаружил, что Фатима, да будет доволен ею Аллах, сняла ихрам вместе с остальными, надела окрашенную одежду и подвела глаза сурьмой. ‘Али, да будет доволен им Аллах, осудил её за это и спросил: “Кто велел тебе поступить так?” Она ответила: “Мой отец”. Позже в Ираке ‘Али рассказывал: “И я отправился, недовольный, спросить об этом Посланника Аллаха ﷺ и сообщил ему о том, за что я упрекнул её, и о том, что она говорит: мол, отец велел мне поступить так. Он ответил: ‹Она говорит правду, она говорит правду… Что ты сказал, объявляя о намерении совершить хадж?›” ‘Али ответил: ‹Я сказал: о Аллах, я намереваюсь совершить такое же паломничество, что и Посланник Аллаха ﷺ›. Посланник Аллаха ﷺ сказал: ‹Со мной жертвенный скот. Не снимай же ихрам›. Всего было сто голов скота: того, что ‘Али пригнал из Йемена, и того, что гнал с собой Пророк ﷺ из Медины. Люди сняли ихрам и укоротили волосы, кроме Пророка ﷺ и тех, у кого был жертвенный скот. В восьмой день зуль-хиджжи они направились в долину Мина и там произнесли тальбию для хаджа. Посланник Аллаха ﷺ ехал верхом. В Мине он совершил полуденную (зухр) и послеполуденную молитвы (‘аср), закатную (магриб) и вечернюю (‘иша), а также утреннюю (фаджр). Потом, подождав немного, пока взойдёт солнце, велел поставить себе палатку, и её поставили в Намире. Затем Посланник Аллаха ﷺ двинулся в путь. Курайшиты не сомневались, что он остановится у “аль-маш‘ар аль-харам”, как всегда поступали курайшиты во времена невежества. Однако Посланник Аллаха ﷺ проехал дальше, нигде не задерживаясь. Посланник Аллаха ﷺ прибыл на ‘Арафат и остановился там. Увидев палатку, которую поставили ему в Намире, он оставался в ней. Когда солнце начало клониться к горизонту, он велел подготовить Касву, и её привели к нему, и он ехал, пока не достиг дна долины. Там он обратился к людям, сказав: “Поистине, ваша жизнь и ваше имущество должны быть для вас столь же священными, сколь священным является этот ваш день в этом вашем месяце в этой вашей земле. Поистине, отменяется всё, что было во времена невежества, и отменяется месть за кровь, пролитую во времена невежества, и прежде всего я отменяю месть за кровь Ибн Раби‘а [или: Раби‘а ибн аль-Хариса ибн ‘Абдульмутталиба], находившегося на вскармливании в племени бану са‘д и убитого хузайлитами. И отменяется ростовщичество времён невежества, как и все расчёты по взятому у ростовщиков в долг, и прежде всего я отменяю всё то, что люди задолжали аль-‘Аббасу ибн ‘Абдульмутталибу. Всё это отменено. И бойтесь Аллаха в том, что касается женщин, ибо взяли вы их как то, что доверено вам Аллахом, и сделали их дозволенными для себя по слову Аллаха. Вы вправе требовать от них, чтобы они не позволяли садиться на ваши ложа тем, кто вам не по душе, а если они сделают это, то можете ударить их, но не сильно, они же вправе требовать от вас, чтобы вы кормили и одевали их согласно обычаю. Я оставил вам то, благодаря чему вы никогда не собьётесь с пути, если будете крепко держаться этого, — Книгу Аллаха. Что вы будете говорить, когда вас станут спрашивать обо мне?” Люди ответили: “Мы засвидетельствуем, что ты довёл, выполнил и дал добрые наставления”. После этого Посланник Аллаха ﷺ поднял к небу указательный палец, а затем указал им на людей и воскликнул: “О Аллах, засвидетельствуй! О Аллах, засвидетельствуй! О Аллах, засвидетельствуй!” Затем Биляль прокричал азан и произнёс икамат, и Посланник Аллаха ﷺ совершил полуденную молитву (зухр), а затем тот произнёс икамат, и он совершил послеполуденную (‘аср). Между этими двумя молитвами он не молился. Затем он сел на Касву. Прибыв на место стояния [на ‘Арафате], он повернул свою верблюдицу Касву в сторону камней, которые лежат у подножия горы ар-Рахма, так, что дорога, по которой проходили люди, оказалась перед ним, и обратился лицом к кибле. Он стоял так до заката, пока солнце не скрылось за горизонтом, а желтизна неба не стала менее яркой, и тогда он посадил в седло позади себя Усаму и отправился в путь. При этом он натянул поводья верблюдицы так, что её голова касалась края седла. Правой рукой он сделал людям знак успокоиться. Каждый раз, подъезжая к холму, он ослаблял поводья, пока поднимался на него. Так продолжалось, пока он не добрался до Муздалифы. Там он соединил закатную (магриб) и вечернюю (‘иша) молитву с одним азаном и двумя икаматами, не совершая между ними никаких дополнительных молитв. Затем он лёг, а с наступлением времени утренней молитвы (фаджр) он совершил её, когда начало светать, с азаном и икаматом. Затем он сел на Касву и отправился к “аль-маш‘ар аль-харам” (горе Кузах на территории Муздалифы). Поднявшись на неё, он повернулся в сторону киблы и произнёс слова “Хвала Аллаху”, “Аллах Велик” и “Нет истинного бога, кроме Аллаха”. Когда совсем рассвело, Посланник Аллаха ﷺ тронулся в путь до восхода солнца. В седло позади себя он посадил аль-Фадля ибн аль-‘Аббаса, а он был мужчиной с хорошими волосами, светлокожим и красивым. И когда Посланник Аллаха ﷺ отправился в путь, он проехал мимо женщин, и аль-Фадль стал смотреть на них. Посланник Аллаха ﷺ возложил руку на лицо аль-Фадля, и тот отвернулся в другую сторону. А потом Посланник Аллаха ﷺ возложил другую руку на лицо аль-Фадля и тот повернулся обратно. Дойдя до долины Мухассир, Посланник Аллаха ﷺ начал подгонять верблюдицу и поехал по дороге, которая вела к большому столбу. Он подошёл к столбу, что возле дерева, и бросил в него семь камешков, произнося при каждом броске: “Аллах Велик”. А это были мелкие камешки. Он бросал со дна долины. Затем он отправился к месту жертвоприношения, зарезал шестьдесят три жертвенных верблюда и велел ‘Али зарезать оставшихся, поделившись с ним жертвенными животными. Затем он велел отрезать от каждой туши по куску и сварить мяса. Мясо положили в котёл и сварили, и они поели мяса и попили бульона. Затем Посланник Аллаха ﷺ вернулся в Мекку верхом, совершил предпрощальный таваф (таваф аль-ифада), совершил в Мекке полуденную молитву (зухр), а потом подошёл к людям из бану ‘абдульмутталиб, поившим паломников водой из Замзама, и сказал: “Черпайте, о бану ‘абдульмутталиб, я бы и сам черпал воду вместе с вами, если бы люди не стали бороться с вами за право поения”. Тогда они передали ему бадью с водой, и он напился из неё».